Леонид Андреев «Баргамот и Гараська»
Леонид Андреев «Баргамот и Гараська»
Рассказ Леонида Андреева (1871-1919) «Баргамот и Гараська» был написан в 1898 году по заказу редакции газеты «Курьер» для её пасхального номера. Сам писатель не скрывал, что при написании своего произведения вдохновлялся «рождественскими рассказами» Чарльза Диккенса, а также перенял у Диккенса повествование, в котором одновременно сочетаются комизм и трагизм.
Неожиданно для начинающего писателя, именно этот сочиненный по заказу рассказ стал его первым шагом к славе. Сам Леонид Андреев так писал об этом в дневнике:
«Нельзя передать моего удивления, когда я являюсь в понедельник … в Суд и редакцию, и там только и слышишь: „Баргамот и Гараська“ … Говорят, что рассказ — украшение всего пасхального номера. Там-то его читали вслух и восхищались… Поздравляют меня с удачным дебютом, сравнивают с Чеховым и т. п. В три-четыре дня я поднялся на вершину славы».
Максим Горький, после прочтения «Баргамота и Гараськи» написал — »…от этого рассказа на меня повеяло крепким дуновением таланта», взял Леонида Андреева под покровительство и ввел его в литературные круги, что позволило молодому автору обрести новые связи в литературном мире. Дружба с Максимом Горьким, начавшаяся с восторженного отзыва мэтра о рассказе начинающего писателя, продолжалась всю недолгую жизнь Леонида Андреева.
Рассказ «Баргамот и Гараська» является классикой жанра «пасхального рассказа». Основные признаки жанра запомнить несложно: действие всегда происходят в дни Пасхи — одного из главных христианских праздников; в основе сюжета — духовное перерождение «плохого» человека, воскресение его духа. Добро в пасхальных рассказах, точно как в сказках, всегда побеждает зло, любовь перебарывает ненависть, и герой, духовно преображаясь, сострадает ближнему, прощает обиды и искренне радуется чужому счастью.
В ночь перед Пасхой, бродяжка Гараська — главный пьяница и дебошир в округе — раздобыл настоящее крашеное пасхальное яйцо, которым хотел похристосоваться с суровым городовым Иваном Акиндинычем Бергамотовым по прозвищу Баргамот. Но городовой, который за годы однообразной и тяжелой службы почти перестал испытывать какие-либо чувства, нечаянно разбил яйцо и увидел на лице Гараськи такое горе, что неожиданно для себя пригласил этого опустившегося человека к себе домой и усадил за пасхальный стол. И тут с Гараськой произошло неладное, услышав обращение к себе по имени-отчеству — Герасим Андреевич, он вдруг расплакался, испытав и великую благодарность за доброе к себе отношение, и, вместе с тем, горький стыд и за свои грязные руки, и за рваную одежду, и за непутевую жизнь.