«Умираю, но не сдаюсь»: как пламя Вечного огня, строки Симонова и образы Васильева хранят память о войне

Сегодня, 2:30 36 0

Ну а закончить программу мы хотим темой, которая рефреном будет звучать всю следующую неделю. Уже звучит.
22 июня. 85 лет назад началась самая страшная в истории нашей страны война. Война, которая коснулась каждой семьи и забрала десятки миллионов жизней, война, которая окончилась безоговорочной капитуляцией казавшегося непобедимым соперника. По всей России проходят памятные акции, зажигают свечи памяти. Проводят минуты молчания у обелисков, что с таким остервенением сейчас ломают в той же Европе.

Особым местом в этот день становится Брест — город-крепость. Именно здесь, на самой границе тогдашнего СССР, фашисты впервые столкнулись с беспримерным мужеством и стойкостью наших солдат. «Умираю, но не сдаюсь» — это же оттуда пошло. Из Москвы в Брест отправился «Поезд памяти» с особой миссией. От Вечного огня была зажжена лампада, которая затем будет доставлена в столицу России и от которой, в свою очередь, будут зажигать свечи. Частицу пламени из рук в руки передал герою России, герою СВО, капитану Андрею Соловьеву сын защитника Брестской крепости Владимир Семочкин. Ему было два года, когда напали немцы.

Впрочем, это так привыкли говорить «напали немцы», но ведь много кто участвовал во вторжении, и много кто потом проявился уже во время оккупации. Европа сегодня предпочитает помнить о той войне избирательно. А ведь военная мощь Вермахта ковалась всем рейхом: танки строили в Австрии и Чехии, французы поставляли пушки и грузовики, без румынской и венгерской нефти вообще никакого нападения не было бы возможно. Швеция, Норвегия, Финляндия поставляли то, что сейчас бы назвали редкоземельными металлами. И они прекрасно понимали, что на востоке немцы воевали не так, как на западе. Европейцы шли колонизировать землю, покорять и истреблять народы, которые и за людей-то не считали — так, недочеловеки, унтерменши.

Сейчас, когда все меньше в живых ветеранов и все больше «визуальной» информации, представления о той войне мы получаем во многом из фильмов, роликов, театральных постановок, и принципиальным становится выбор героев повествования. Корреспондент "Известий" Эмиль Тимашев встретился с потомками тех, кого мы знаем по экранным образам, и узнал, насколько они подлинны.

Каждый рассказ или фильм о первых днях Великой Отечественной войны — это военная драма, история о бесконечной трагедии миллионов советских людей.

Фронтовики писали будущие сценарии и повести в окопах, прерываясь на ожесточенный бой. Так и рождались тысячи бессмертных произведений.

Фильм «Живые и мертвые». Рассказ советского военкора Константина Симонова. В своем дневнике «100 суток войны», который лег в основу романа, он описывает события начиная с 1941 года, когда тем же летом отправился на белорусское направление под Могилев.

«У него есть только одна повесть, в которой он рассказывает о войне, о том, чего он не видел сам. Все остальное так или иначе увидено его собственными глазами», — поделился режиссер, сын Константина Симонова Алексей Симонов.

В это же время на смоленском направлении из окружения прорывался Борис Васильев, автор бессмертной повести «А зори здесь тихие».

По одной из версий, сюжет рассказа Васильев нашел в послевоенной заметке газеты «Известия».

В ней коротко рассказывалось об обороне одной узловой станции на железной дороге Петрозаводск–Мурманск в 1941 году. Сержант и семеро бойцов вступили в неравный бой с немецкой диверсионной группой, сорвав ценой своих жизней планы противника. Но не хватало главного — ключевой идеи повести. Тогда Васильев решил, а что, если героями сделать не мужчин, а девушек?

Образы героев повести были в основном собирательные. Так на свет появилась боец Соня Гурвич.

Интеллигентная, начитанная, любящая театр и поэзию — это практически точный образ Зори Альбертовны Поляк, супруги писателя, с которой он прожил 70 лет и доверил ей первой прочесть его рукописи.

«Она была из интеллигентной семьи, она была очень начитанна, как и Борис Львович, естественно. Зоря Альбертовна любила поэзию и знала много стихов наизусть», — вспоминает сын писателя Бориса Васильева Петр Васильев.

Это тот самый кабинет Бориса Львовича Васильева, где он работал, начиная с 1973 года именно здесь была написана значительная часть его произведений. А вот как начинал писатель свой творческий процесс, присаживается за стол. Кстати, тот же самый, брал карты. Они тоже оригинальные. И вот так не спеша, настраиваясь на рабочий лад, раскладывал пасьянс.

Это был своего рода обряд, способ вспомнить и мысленно вернуться на фронт в тот разбитый снарядами солдатский окоп, куда он прибыл в 1941 году добровольцем.

«Я хочу, пытаюсь рассказать людям, какими же были те мальчики и девочки рождения 1922–1924 годов, которые, к сожалению, не вернулись», — заявил писатель Борис Васильев.

Поэтому каждый рассказ — это психологическая достоверность, которая превращала повесть о войне в высокую трагедию о защитниках Родины.

Спустя почти 20 лет повесть снова оживает в театральной версии. Спецпоказ состоится 22 июня, в День памяти и скорби. Это новое прочтение одной из самых известных историй.

«Камеры начинают работать как оружие, камеры начинают работать как взгляд самых разных героев», — впечатлен художественный руководитель театра на Малой Бронной Константин Богомолов.

Молодых советских зенитчиц играют их сегодняшние ровесницы. Между ними дистанция в десятки лет, но эмоционально они очень близки, — признается актриса Яна Ставоржинская, играющая Риту Осянину, потерявшую мужа.

«Я счастлива в браке. И мне достаточно представить, что было бы, если бы меня отняли этого человека. Я была бы готова рвать», — рассказывает актриса Яна Ставоржинская.

Реальные, а не вымышленные герои стали прототипами тех, кого знает каждый русский человек.

Так прототипом знаменитого «Маэстро» стал летчик-ас, дважды герой Советского Союза Виталий Попков, с которым и приключились все эти истории.

Про кузнечиков, сбитые «юнкерсы», полевой роман и, конечно же, любовь к музыке. Обо всем этом Попков лично рассказал режиссеру Леониду Быкову. Это была случайная встреча в поезде, которая в итоге стала судьбоносной для советского искусства.

«Вот Леонид Быков с детства мечтал быть летчиком, тоже бредил авиацией. И он, когда узнал, что едет такой известный ас в этом уже вагоне, в общем, он пришел к нему в купе, и они проговорили всю ночь», — упомянула дочь дважды героя советского союза, летчика Виталия Попкова Тамара Тишкова.

И по сей день режиссеры, писатели и артисты ищут подлинные истории для пьес и рассказов там, где сейчас рвутся снаряды. Новые произведения рождаются среди современных российских героев.

Концерты в полевых условиях, песни о войне и победе — это не просто поддержка бойцов на передовой. Так сохраняется память о тех, кто сегодня продолжает дело вечных героев самой страшной войны.

Еще больше новостей — у Пятого канала в мессенджере МАКС.