Спала голой, ела сырые яйца и мазалась вазелином: секреты красоты Мэрилин Монро
Фото: legion-media/Pictorial Press Ltd
Звезде фильма «В джазе только девушки» могло исполниться 1 июня 100 лет.
Спустя десятилетия после смерти Мэрилин Монро мир все еще ищет ключ к ее непреодолимому магнетизму. Ее образ стал эталоном женщины, цитаты разлетаются по всему миру, а бьюти-секреты до сих пор изучают визажисты.
Но в чем же заключалась настоящая сила самой знаменитой блондинки Голливуда? Как ни удивительно, ответ кроется не только в красоте, но и в строгой дисциплине и десятке хитрых, нестандартных приемов, которые Норма Джин Бейкер и ее команда превратили в настоящее искусство.
Спала по 10 часов
Кто бы мог подумать, но главный совет дивы актуален как никогда. Монро считала сон базой красоты. Она могла проводить в кровати до 10 часов.
А ее ритуал подготовки ко сну больше напоминал спа-процедуру: вечером актриса опускала лицо в горячую воду с ромашкой, чтобы распарить и очистить поры, а утром протирала кожу кубиком льда для тонуса и естественного румянца.
Но самым скандальным пунктом «мерлин-рутины» был отказ от пижамы. Актриса ложилась спать абсолютно голой. И не только ради комфорта. Монро считала, что отсутствие одежды помогает телу расслабиться, а коже — дышать.
И даже пошла дальше, заявив, что такой подход пробуждает в женщине чувственность.
«Я надеваю на ночь всего несколько капель Chanel № 5», — эту фразу актрисы цитируют до сих пор.
Фарфоровая кожа
В то время как весь Голливуд и Калифорния 1950-х были помешаны на бронзовом загаре, Мэрилин Монро упорно оставалась в тени. Она противилась загару и всегда защищала свою аристократичную бледность.
«Я лично против глубокого загара, потому что мне нравится чувствовать себя блондинкой во всем», — объясняла Монро в интервью журналу Pageant.
Также у Мэрилин была сухая кожа, которая требовала постоянного увлажнения, особенно под палящими лампами студии. Она часто умывалась из страха перед акне, чем безумно злила гримеров, которым приходилось заново накладывать тон.
Уходовая косметичка была простой и доступной: крем и специальные средства от дерматолога Эрно Ласло, который составлял для нее индивидуальные карты ухода.
Визитной карточкой Монро был эффект «светящейся кожи». Современные дивы используют для этого хайлайтеры, а Мэрилин… вазелин. Визажист Аллан «Уайти» Шнайдер наносил тонкий слой вазелина под тональный крем, чтобы лицо переливалось при софитах.
Но на этом «вазелиновая магия» не заканчивалась! Чтобы добиться ультрамодного даже сегодня эффекта «влажных век», Шнайдер наносил каплю вазелина или кокосового масла прямо поверх компактных теней. Веки начинали соблазнительно блестеть, притягивая взгляд. Спустя десятилетия этот трюк стал мейнстримом, но в 1950-е это было настоящим ноу-хау.
Лайфхак от Мэрилин Монро, который можно повторить: если вы боитесь, что чистый вазелин забьет поры или «поплывет» на лице, просто нанесите микроскопическую каплю на скулы и под бровь поверх готового макияжа. Получится тот самый роскошный, но абсолютно бюджетный хайлайтер.
Оптические иллюзии Уайти Шнайдера
За культовый макияж Монро отвечал Уайти Шнайдер — ее личный визажист и близкий друг, который прошел с ней путь от провальных проб до вершин Олимпа. Именно его приемы создали тот самый «образ Монро».
В эпоху, когда о филлерах даже не слышали, Шнайдер создавал 3D-объем губ с помощью пяти оттенков помады. Он проходился по контуру шоколадным карандашом, заполнял губы кирпичным, а в центр наносил ярко-красный, растушевывая границы. Финальным штрихом была капля хайлайтера в центре нижней губы и жирный бальзам.
Кстати, существует легенда, что Мэрилин и сама приложила руку к своему образу: говорят, она смешивала помаду с пчелиным воском и вазелином, создавая свой собственный уникальный блеск.
Монро считала свой лоб слишком широким. Чтобы визуально исправить это, Шнайдер не просто подчеркивал естественную линию, а намеренно делал брови заостренными, создавая ярко выраженную «треугольность» у внешнего кончика. Этот архитектурный изгиб мгновенно делал лицо более утонченным и собранным.
Самой известной фишкой Уайти Шнайдера была красная точка, нарисованная во внутреннем уголке глаза. На первый взгляд — абсурд. На деле — точка визуально «отбеливала» белки, делая взгляд кристально чистым и открытым.
А еще Монро не клеила тяжелые густые пучки накладных ресниц. Она разрезала их пополам и крепила их только к внешнему уголку века. Это придавало ее и без того большому разрезу глаз миндалевидную форму и легкий «кошачий» разлет, который мы видим на всех ее фото.
Битва за платину
Роскошный платиновый блонд Мэрилин Монро, который она сама называла «цветом белой наволочки», поддерживать было сущим испытанием. Будучи шатенкой от природы, актриса была вынуждена обесцвечивать волосы перекисью водорода каждые три недели, так как более щадящих составов тогда просто не существовало.
Чтобы восстановить безжалостно сожженные химией и постоянными горячими укладками локоны, она мыла голову сырым яичным желтком, а затем ополаскивала их слабым раствором уксусной кислоты.
Кроме того, чтобы агрессивная краска не вымывалась как можно дольше, Монро изобрела свой собственный сухой шампунь за несколько десятилетий до того, как это стало мейнстримом. Она просто обильно посыпала корни обычной детской присыпкой Johnson's Baby Powder. Пудра впитывала излишки жира, и прическа снова выглядела свежей.
Странный коктейль и минимум спорта
Параметры фигуры Монро — примерно 96-61-89 см — стали «золотым стандартом» женственности 1950-х. Но как ей это удавалось? Вопреки мифам о голодании, у Мэрилин был свой, довольно экстравагантный рецепт стройности.
Каждое утро дивы начиналось не с кофе, а со «странного» коктейля: она разбивала два сырых яйца в стакан горячего молока, взбивала их вилкой и выпивала, пока одевалась. Свой белковый завтрак она дополняла мультивитаминами. Звучит рискованно, но это давало ей энергию и позволяло сохранять точеную фигуру.
Также звезда не скрывала: спорт — это не ее.
«Я никогда особенно не увлекалась спортом на свежем воздухе и не стремлюсь добиться успехов в теннисе, плавании или гольфе. Я оставлю все это мужчинам», — заявляла она.
Но совсем без нагрузки было не обойтись. Каждое утро Монро посвящала 10-15 минут упражнениям с гантелями весом чуть больше двух килограммов.
«Я ложусь на пол рядом с кроватью. Делаю подъемы гантелей из положения раскинутой руки в точку над головой — 15 раз. Затем еще 15 раз из-за головы. Потом вращаю руками, пока не устану», — описывала свой ритуал в старом интервью актриса.
Просто, быстро, но это позволяло держать тонус и поддерживать знаменитый бюст.
Кроличья диета
Питание Монро вызывало у окружающих когнитивный диссонанс. На ужин звезда чаще всего ела мясо. Вечером она ходила на рынок за стейком, печенью или бараньей отбивной. Гарнир был неизменен: 4-5 сырых морковок.
«Я, наверное, наполовину кролик, потому что мне никогда не надоедает сырая морковь», — шутила она.
Но правила затем и создаются, чтобы их нарушать. После уроков актерского мастерства Мэрилин забегала в кафе, где съедала порцию ванильного мороженого, политого горячим шоколадом. Интуитивное соблюдение баланса 80/20 (80% полезной еды и 20% радости) спасало ее фигуру от срывов.
Аромат и последний штрих
Мэрилин Монро превратила духи в элемент образа. Chanel № 5 она покупала огромными флаконами и добавляла в ванну.
И последняя деталь, о которой спорят до сих пор. У Монро был легкий пушок на лице. Кинематографисты требовали его убрать. Актриса отказалась. И была права: при студийном свете эти ворсинки создавали естественный фильтр, рассеивая лучи и придавая коже мягкое сияние, недостижимое для идеально гладкой кожи.
Современницы Монро считали эти процедуры странными и даже сумасшедшими. Сегодня мы видим в них не просто бьюти-эксперименты, а системный подход. Мэрилин не родилась иконой. Она стала ею, упорно работая над собой каждую свободную минуту — и в этом ее главный секрет.