Поколение с украденным детством: как выживали сироты в Великую Отечественную войну
Фото: © РИА Новости
Мальчишкам и девчонкам пришлось стать взрослыми слишком рано.
Великая Отечественная война оставила неизгладимый след в судьбах миллионов детей, лишившихся родителей. По разным оценкам, к 1945 году в СССР действовало около шести тысяч детских домов, где воспитывались сотни тысяч сирот.
Эти дети пережили эвакуацию, голод, разлуку с семьей, а многие были вынуждены рано повзрослеть — работать, участвовать в партизанском движении и искать родных после войны.
Жизнь детей в детских домах во время Великой Отечественной войны
Дети попадали в детские дома через приемники-распределители. После двухнедельного пребывания их направляли в учреждения или на патронирование, если невозможно было вернуть родителям. В годы войны получили распространение детские дома, где воспитывались ребятишки из одних семей. Это позволяло не разлучать братьев и сестер.
«В семье было пятеро детей. Родители наши погибли. Отец — на фронте, мама — в 1943 году во время бомбежки. В нашем доме тогда квартировали чехи. Погибли и они. Помню, у нас была кровать с низко опущенным одеялом. Под нею — подпол, где мы в основном и находились. Бомбили каждый день.
После гибели мамы нас отдали в харьковский детский дом. А в августе 1943 года вместе с другими воспитанниками нас с сестрой (мы двойняшки) и братом эвакуировали в Куйбышев. Но брат до Волги не доехал. У него заподозрили тиф и сняли с поезда.
Когда приехали в Куйбышев, я была очень слабой. И не помню, где находился детский дом или приемник. Мы попали куда-то на излечение. А однажды из Красноармейского района приехала женщина, чтобы взять в семью ребенка. Выбрала меня. Мою сестру забрали в другую семью», — рассказывала Валентина Хуторская «Самарской газете».
© РИА Новости / Михаил Савин
В детских домах мальчики и девочки были распределены по возрастным группам, для каждой из которых применялась особая методика работы. Все посещали школу и были обеспечены учебными материалами. При детдомах создавались пионерские отряды, работали кружки. Сироты получали четырехразовое питание, были обеспечены одеждой и постельными принадлежностями.
Особое внимание уделялось приобщению к труду. Детей привлекали к работе на колхозных полях, уходу за скотиной, прополке огородов, сбору ягод. Девочки учились вязать, штопать одежду, а мальчики занимались мелким ремонтом мебели.
На каждого ребенка в детском доме заводилось личное дело, в котором хранились личная карточка с общими сведениями (ФИО, дата рождения, сведения о родственниках), свидетельство о рождении или справка о возрасте, характеристика из школы или предыдущего детского дома, сведения об успеваемости и поведении, справка врача о состоянии здоровья.
Новые семьи для детей-сирот во время Великой Отечественной войны
Совет народных комиссаров (СНК) РСФСР утвердил 8 апреля 1943 года инструкцию, которая регламентировала устройство детей-сирот в семьи. Предусматривались разные формы:
- Патронирование — воспитание ребенка в семье на дому у воспитателя, являющегося сотрудником уполномоченной организации (колхоза, отдела народного образования и т. д.) по договору.
- Опекунство — принятие в дом ребенка до 14 лет на правах воспитуемого.
- Усыновление или удочерение — принятие в семью ребенка на правах кровного.
- Попечительство — для детей старше 14 лет.
Семью, изъявившую желание взять ребенка, тщательно проверяли. Лица, ранее лишенные избирательных прав, к воспитанию детей-сирот не допускались.
Известны и случаи массового усыновления. Например, Александра и Емельян Деревские в годы Великой Отечественной войны усыновили более 20 детей, в том числе 17 ребят из блокадного Ленинграда. Всего через заботливые руки Александры Деревской прошли 65 ребят, 48 из которых она воспитывала до совершеннолетия. После ее смерти благодарные дети поставили матери памятник.
Как Агния Барто помогала воссоединяться семьям
Поэтесса Агния Барто посвятила почти десять лет своей жизни поиску людей, разлученных в годы Великой Отечественной войны. Она считала это дело главным в своей жизни, отодвинув на время творчество. С 1965 по 1974 год она вела на радиостанции «Маяк» передачу «Найти человека», которая помогла воссоединить около 900 семей.
Эпиграфом к программе стала фраза Федора Достоевского из романа «Братья Карамазовы»: «Воспоминания… из раннего возраста могут запомниться, … выступая всю жизнь как бы светлыми точками из мрака, как бы вырванным уголком из огромной картины, которая вся погасла и исчезла, кроме этого только уголочка».
«В начале поиска все пишут: «Верю, что мама жива!», «Верю, что увижу братьев!», «Верю, что родные найдутся». А когда родные найдены, те же люди пишут: «Не верю, что нашлась моя мама», «Не могу поверить, что после стольких лет разлуки я встретился с братьями», «Не верю, что мои родные нашлись», — писала поэтесса.
Импульс к началу поисков дало произведение Агнии Барто «Звенигород» 1947 года, посвященная детскому дому. Его прочитала женщина, у которой в 1941 году потерялась дочь. Она написала Барто письмо с просьбой помочь разыскать девочку. Писательница обратилась в отдел розыска управления милиции, и в результате мать и дочь нашли друг друга. После этого поэтессе стали поступать письма от других родителей и детей, потерявших друг друга.
Агния Барто поняла, что в случаях, когда дети терялись в эвакуации или при бомбежках и не могли назвать даже своих имен, обычный милицейский розыск бессилен. В детских домах и приемных семьях им часто давали новые имена и фамилии. Поэтому поэтесса сделала ставку на детские воспоминания — даже самые незначительные детали могли стать ключом к поиску.
«Каждый раз, когда я говорю по радио: возьмите карандаши и запишите имена и фамилии людей, которых мы ищем, и произношу эти имена, я надеюсь: а вдруг кто-то услышал знакомое имя и сейчас, в эту минуту, уже рождается чья-то радость!» — писала она в своей повести «Найти человека».
Дети-партизаны Великой Отечественной войны
Часть детей, оставшихся без родителей, присоединялась к партизанским отрядам. Среди них были и те, кто ушел на фронт добровольно, и те, кто оказался в тылу врага и был вынужден бороться за выживание.
Один из известных примеров — Валя Котик и Марат Казей, чьи биографии легли в основу фильма «Орленок» (1957). Главный герой картины — собирательный образ партизана, который помогал отряду следить за фашистами и добывать боеприпасы.
После гибели матери Марат Казей вступил в партизанский отряд им. 25-летия Октября, а после стал разведчиком штаба 200-й партизанской бригады им. К. К. Рокоссовского. Мальчишка участвовал в рейдах и диверсиях, добывал ценные сведения о передвижении войск и техники противника. Он погиб 11 мая 1944 года.
В этот день Казей приехал в деревню Хоромицкие (Белоруссия) вместе с начальником партизанской разведки Михаилом Лариным. Они попали в окружение фашистов. Ларин погиб, а Марат попытался прорваться к лесной опушке. Но и там его настигли немецкие преследователи. Юный разведчик встретил их с двумя гранатами. Взрыв унес его жизнь.
Валя Котик начал бороться с немецкими оккупантами с первых дней войны. Он собирал оружие и боеприпасы, расклеивал листовки. В 1942 году стал связным шепетовской подпольной организации. В августе 1943-го вступил в партизанский отряд имени Кармелюка под командованием Ивана Музалева. Валя был тяжело ранен в бою за город Изяслав 16 февраля 1944 года. На следующий день он скончался.
На момент смерти маленьким героям было всего по 14 лет.