Неизданные песни Цоя и пленки «Ласкового мая»: за чем сегодня охотятся коллекционеры
Сегодня, 5:09
На фоне популярности ИИ растет ценность подлинных артефактов русского рока
Ваш браузер не поддерживает HTML5 видео.
Фото, видео: © РИА Новости/Галина Кмит; 5-tv.ru
Редкие записи, считавшиеся утраченными, становятся настоящими реликвиями и уходят с аукционов за миллионы рублей.
Нейросети входят в моду и становятся со-творцами при грамотном использовании.
На этой неделе в Госдуме приняли исторический закон о развитии технологий искусственного интеллекта в России. Пока это рамочный, что называется, документ, который за лето должны наполнить профильные министерства. Главное: в законодательство впервые ввели понятие «искусственного интеллекта» и его градацию. Те «модели», что разрабатывают в России, ввели две категории — «суверенная» и «национальная». Если это 100% наш продукт, который и разработан у нас, и все базы в России — это суверенная модель. Если взяли что-то зарубежное и доработали — национальная.
Такая градация поможет в дальнейшем использовать «суверенные» модели ИИ в «чувствительных» секторах экономики и госуправления.
На фоне того, как ИИ-контента становится все больше, особую ценность приобретают артефакты подлинного творчества, в том числе личные вещи кумиров 1980-х и 1990-х. Да, то, что казалось еще не так давно вычурными атрибутами рок-тусовки и поп-сцены, уже антикварные по сути вещи. А так как время их появления в нашей стране было бурное, то и обстоятельства их появления весьма и весьма необычны. Корреспондент «Известий» Игорь Капориков расскажет.
Мы знаем каждое слово в этих хитах. Но даже спустя десятилетия остаются песни легендарных музыкантов, которые не слышал никто.
Стокгольм. За дверью шведской квартиры музей ленинградского рок-андеграунда. Наша съемочная группа одна из первых оказалась в гостях у Сары Океррен — дочери шведского дипломата и большой поклонницы русского рока.
С Виктором Цоем Сара познакомилась еще в 1980-х. Тогда из-за работы отца она часто бывала в Ленинграде и быстро стала своей в ленинградской рок-тусовке.
«Он стал со мной говорить, будто он учебник русского языка. Как тебя зовут? Меня зовут Витя», — вспоминала подруга Виктора Цоя Сара Океррен.
Именно у Сары десятилетиями хранилась рок-реликвия. Запись, на которой Цой поет «Дети минут» — песню, которую в его исполнении слышали лишь самые близкие.
Официально «Дети минут» Цой так и не записал, не хотел обижать друзей из рок-клуба, ведь эта песня про его окружение. Своих современников он уличает в безыдейности и вялости, в смерти русского рока.
Запись Сары стала первой и последней. Музыканты годами пытались восстановить мелодию по памяти. Пока архивист Сергей Чубраев не вышел на Сару и не нашел ту самую кассету.
«Я ее попросил не ставить ее в магнитофон, не слушать, потому что прошло почти сорок лет. Пленка могла посыпаться. В результате мне удалось доехать до Стокгольма и оцифровать эту пленку», — рассказал архивист, коллекционер Сергей Чубраев.
Но это не единственная сенсационная находка. Еще одну уникальную запись обнаружил рок-журналист Александр Кушнир. Таких кассет в мире всего две. Одна в частной коллекции, вторую впервые за долгое время включают для нашей съемочной группы.
Киев. 1985 год. Домашний концерт. Поет Майк Науменко. Играет Виктор Цой.
Концерт прерывает милиция. Проверка документов, изъятие кассет. Казалось, запись исчезла навсегда, но у хозяев был спрятан второй магнитофон под кроватью. Благодаря ему сегодня можно понять, что рок в те времена был действительно подпольным.
«Это единственный документ, который сохранился для истории. Вот как в эпоху стагнации, в эпоху застоя винтили рок-музыку, ну и, в частности, будущих культовых Цоя и Майка», — поделился рок-журналист, музыкальный продюсер Александр Кушнир.
Именно на такие записи идет охота коллекционеров. Артем Анохин — архивариус, сохранил больше пяти тысяч уникальных пленок.
«Это „Ласковый май“. Оригинальная версия. Магнитоальбомная. Как раз с нее делали тиражи в киосках звукозаписи», — рассказал архивариус Артем Анохин.
И начинается она вовсе не с песни, а с эмоционального обращения Андрея Разина. Уже тогда было понятно, что «Ласковый май» будут сотрясать скандалы.
Но главная легенда в истории группы — это самая первая запись, сделанная еще в детском доме. Пленка, с которой началась история «Белых роз» и которую впервые услышал Разин.
Сам этот момент уже стал частью легенды: поезд, шум колес и голос, который через пару лет будет звучать из каждого окна. Именно в ту секунду манера пения Юрия Шатунова так поразила Андрея Разина, что продюсер вышел на первой станции и бросился искать того самого мальчишку.
Далеко не всем записям было суждено пережить время. Одни уничтожали специально. Другие исчезали почти случайно.
Лидер группы «7Б» Иван Демьян однажды лишился сразу нескольких песен — вместе с угнанным автомобилем.
«Так и не нашли. Через несколько лет прислали, что невозможно ее найти. И вот эти песни были такие крутые, мне так казалось», — рассказал лидер рок-группы «7Б» Иван Демьян.
И, конечно, каждый музыкант мечтает, чтобы его поклонники спустя десятилетия искали и бережно хранили артефакты, связанные с их творчеством.
У группы «Чайф» такой реликвией неожиданно стала не шляпа-федора Владимира Шахрина и даже не его гитара, а обычная кофеварка.
«Сюда мы вместо кофе засыпали чай, и вот эта жижа сюда капала, и Вадик Кукушкин придумал слово „чайф“, которое называло этот напиток», — отметил лидер группы «Чайф» Владимир Шахрин.
Рынок звездных артефактов сегодня — это не только ностальгия, но и большие деньги. Редкие находки уже уходят с молотка за миллионы, например, паспорт того же Виктора Цоя, который десятилетия пролежал за холодильником, купили за девять миллионов рублей.
На торгах появляются рукописи, квартирные записи, самиздат, фотографии, личные вещи. Мы нашли рукописный песенник Вячеслава Бутусова. Цена впечатляет. Покупателей — нет.
«Вещи, связанные с ныне живущими звездами. Рок-звездами, политиками, деятелями культуры. Они не всегда дорогие и востребованные. Но на сегодня такая тетрадь может стоить в районе ста тысяч рублей», — поделился генеральный директор аукционного дома «Литфонд» Сергей Бурмистров.
Но самые ценные находки не продаются ни за какие деньги. Для поклонников каждая найденная запись — словно новый разговор с теми, кого давно нет рядом. Именно так и произошло с потерянной песней группы «Сектор Газа».
«Сам факт того, что такие песни неизданные появляются, это, наверное, имеет какое-то символичное значение, потому что поклонники скучают по своим кумирам. И вот такое ощущение, что кумиры с того света передают привет и поддержку, таким образом согревают их души», — заметил музыкант, лидер группы «Сектор газовой атаки» Сергей Кимцов.
Именно в этом и есть магия старых пленок. Они не просто сохраняют прошлое. Они снова заставляют его звучать.
Еще больше новостей — у Пятого канала в мессенджере МАКС